Спарки и другие: в Днепропетровской области воспитывают уникальных собак-спасателей (Фото)

До сих пор на слуху поиски жительницы Днепра, которая три дня провела в колодце заброшенного коллектора. Своим спасением она обязана волонтерам из Павлоградского поисково-спасательного отряда «Антарес» Союза Самаритян — Кинологов Украины и замечательному носу уникальной собаки — поисковика, бельгийской овчарки малинуа Спарки. О работе своих коллег, в том числе и четвероногих, в эксклюзивном интервью «Вістям» рассказала основатель и руководитель отряда, тренер по спорту с собаками ФСК им. В. М. Шкуренко, инструктор высшей категории по подготовке поисково-спасательных собак, судья международной категории по FCI Лариса Борисенко.

Кинолог с детства

— Лариса, когда Вы впервые занялись собачьим воспитанием?

— Как и многие дети, я очень хотела собаку, но родители поначалу были против. Наконец, с их согласия, дядя подарил мне на 10-летие щенка. Вопреки уверениям прежних хозяев, он оказался беспородным. При этом был очень смышленым, и я решила обучить его каким-то командам. Спустя полгода, у нас появилась вторая собака — колли Антей. Его взяли для моего старшего брата, который через пару лет стал общественным инструктором системы ДОСААФ. Перед поступлением в вуз он отдал Антея мне, и в 14 лет я тоже стала инструктором. В то время в Павлограде орудовал маньяк, поэтому родители буквально привязали пса к моей руке, приказав не выходить без него из дома. Дело в том, что Антей был обучен по системе защитно-караульной службы, сам принимал решение и действовал очень жестко.

 — Сколько лет существует «Антарес» и что Вас подтолкнуло к его созданию?

— Мы работаем с 2008 года, хотя вначале отряд состоял из трех человек с четырьмя собаками. У меня были бельгийские овчарки тервюрены Чока и Обри,  а у Анны Малышевской и Марии Стародубовой — трехмесячные щенки: лабрадор Дюна и эрдельтерьер Ундина. Такая вот семерка… Задуматься о создании поисково-спасательной службы заставил один случай.  В 2004 году мне пришлось принимать участие в поисках человека, который был на даче и в какой-то момент бесследно исчез. До последнего не соглашалась, так как ни я, ни моя Чока, обученная по спортивному следу, не сталкивались с поисковой работой. В конце концов, решила попробовать. Когда приехали на место, Чока сразу взяла след и остановилась у воды, в то время как мы обыскивали все вокруг. После небольшого отдыха вновь принялись за поиски. Чока пошла по прежнему маршруту и опять легла  у воды. Тогда я посоветовала вызвать водолазов, и они нашли тело пропавшего человека в указанном ею месте.

В 2008 году при поддержке начальника горрайуправления ГСЧС Александра Миславского и начальника отдела физической культуры, спорта и туризма Александра Дугина мы начали развивать поисково-спасательное направление. Посещали семинары с участием представителя Швейцарии Рудольфа Гантенбейна, который дал нам мощную образовательную базу; тренинги в Германии. В становлении помогал и Дедлиф Кюн — наш немецкий куратор по Союзу Самаритян — Кинологов Украины (KSBU).

— Когда впервые заявили о себе на международной арене и в каком составе работаете сейчас?

— В 2010 году мы с Чокой, кстати, ее полная кличка — Антарес, наследница Межона, поехали на чемпионат мира среди собак-спасателей как представители всего пост­советского пространства. Чока успешно прошла международные тесты и получила соответствующую квалификацию. В дальнейшем были другие поездки за рубеж для участия в учениях и международном тестировании. С 2013 года наш отряд работает в структуре  Союза Самаритян-Кинологов Украины (KSBU), созданного кинологами  Павлограда и Киева. Затем подтянулись и другие города. У 15 из 20 наших аттестованных собак — международная квалификация класса «В». Мои коллеги готовы в любой момент выйти из зоны комфорта и ехать туда, где нужна их помощь. Это — Александр Лисниченко, Анна Малышевская, Мария  Борисенко, Оксана Старушенко, Людмила Вилюкова, Владимир Овчаренко, Лариса Шапкун, Ольга Цыба, Полина Антипина, Дмит­рий Загорулько, Ольга Исаева и Елена Руденко. Нам очень помогает директор ФСК им. В. М. Шкуренко Павел Вершина, предоставляя базу для обучения собак послушанию, ловкости и поиску.

Кто есть кто

— Какие требования предъявляются к желающим стать спасателями?

— В первую очередь, человек должен быть готов к психологическим и физическим нагрузкам. Возраст особого значения не имеет. Конечно, в 80 лет будет тяжеловато, но мы и для таких людей найдем занятие — было бы желание (смеется). Базовые профессии у моих коллег — разные. Например, программист, косметолог, строитель, ученый-историк, бухгалтер-аудитор. Я — психолог. Тренировки по послушанию и ловкости проходят трижды в неделю по вечерам. По выходным мы занимаемся по поиску в так называемом техногенном завале: для нас — это промзона. Отрабатываем поиск и в лесу. В роли потерявшихся — мы сами или люди, которые хотят помочь. Добавлю, что каждая реальная ситуация, наш выезд — это бесценный опыт и выводы на будущее.

— По каким признакам отбираете четвероногих помощников и понимаете, что они готовы к работе?

— Люди, которые решили заниматься поиском и спасением, приходят со своими собаками. Сначала занимаются их послушанием. Получив результат, спрашивают, что делать дальше, или мы сами предлагаем попробовать что-то еще. Если видим, что человек не проявляет интереса, не настаиваем, так как спасать кого-то он не пойдет. Затем собаки проходят первое тестирование на пригодность к дальнейшему обучению. Это проявляется уже в 3 — 4 месяца: щенок что-то делает осознанно. Хочу обратить внимание на то, что во всем мире собак используют в поиске или живых людей, или же тел. Найдя живого человека, собака подает знак голосом. В противном случае — ложится рядом: мы узнаем о ее местонахождении по сигналу специального устройства,  закрепленного на шлейке. Сначала наши собаки работали только по поиску живых, но со временем мы приняли решение о подготовке универсалов. В 2013 году я начала обучать первого универсала — Спарки, и уже через год она смогла найти тело человека, но на земле. В 2017 году мы с собаками поехали в Марьинку, которую постоянно обстреливали, чтобы поработать с детьми, дать им немного позитива. Я вскользь упомянула о рабочих способностях  Спарки, и после этого к нам подошел координатор подразделения ВСУ «Эвакуация-200» Михаил Котелевский с вопросом, можно ли искать погибших под землей. Так началось наше сотрудничество. К подобным поискам полностью подготовлена Спарки. На выпуске — немецкая овчарка моего напарника Александра Лисниченко — Нитра. Усиленно готовится и уже очень хорошо работает моя 7-месячная бельгийская овчарка тервюрен Беллона. Ее специально взяли для обучения поиску погибших.

Служебные — домашние

— Лариса, в каком возрасте к Вам попала Спарки и почему Вы предпочитаете работать с бельгийскими овчарками?

— Спарки было 3 месяца и я целенаправленно искала именно бельгийца, так как уже был опыт работы с собаками этой породы — Чокой и Обри. Бытует мнение, что в силу характера бельгийские овчарки великолепны в поиске.  Спарки сразу была «мотивирована» к активной работе. Сейчас ей 6 лет, она любит весь мир, что позволяет использовать ее в терапии. Вместе с другими четвероногими «терапевтами», прошедшими аттестацию, мы посещаем детские дома, центры реабилитации для деток с инвалидностью. Разработали свою долгосрочную программу.

— Правильно ли я понимаю, что все собаки живут не на базе, а в семьях своих провод­ников как обычные домашние питомцы?

— Совершенно верно, они полностью адаптированы к жизни в семьях, и это огромный плюс. Кроме Спарки, со мной живут Беллона, по-домашнему — Бебеша, и старичок — шелти Оззи. У всех — очень разные характеры. Спарки — нежная, ласковая, абсолютно «диванная» собака. Любит, устроившись под боком, понежиться, пообниматься. Бешка, как любой собачий ребенок, постоянно хочет бегать, прыгать и играть. Оззи бдит за порядком, он настоящий мудрый аксакал. На эту парочку смотрит, как на «малолеток». Помог мне вырастить дочку: сейчас Маше 21 год и она тоже работает в отряде — готовит собак.

— Как Ваши воспитанницы ведут себя на обычных прогулках среди незнакомых ­людей и животных?

— Со щенячьего возраста они приучены не реагировать на сородичей: под запретом любое общение. К людям, особенно к детям, относятся очень хорошо. Спарки обожает детей, уверена в себе, поэтому — никакого «шараханья» в сторону, даже если они неожиданно выскакивают на нее целой толпой. Мало того, у обеих моих девочек есть «фан-клубы». Больше фанатов, конечно, у Спарки, но она с удовольствием делится с Беллоной.

— В завершение беседы не могу не спросить, как часто обращаются в «Антарес» с просьбой о помощи в поиске пропавших людей?

— В первое время мы выезжали один — два раза в год. Начиная с 2016-го — по 15-17 раз. Домой должны вернуться все, родные и близкие их ждут, надеются… Хотелось бы находить живых, дорог каждый час, поэтому нужно, чтобы по факту исчезновения человека к нам обращались сразу же, независимо от того, где это произошло. Мы готовы выехать в любое время и в любой регион.

Полина Дмитриева